Начало учебного года даётся тяжелее обычного, во-первых, два месяца российский учитель проводит дома, на дистанционном обучении, расслабляется, отвыкая от общения с множеством эмоциональных детей, а во-вторых, попробуйте после бурного летнего отдыха на юге резко окунуться в холодящую и колкую атмосферу сентября.

- Знаешь, ты мне вот тут вопросы задаешь, а я ведь даже не помню, когда точно это произошло. По-моему, это было сотню лет назад. Может даже тысячу. Если посмотреть в иллюминатор, то можно было даже увидеть динозавров. Они бегали там туда-сюда, нюхали все, голодные, но ужасно глупые.

Питер принялся рыскать руками в темноте в поисках места, с которого можно было бы начать разбирать огромный завал. Звук повторился. Теперь уже гораздо более отчетливый, и его расслышал каждый из застрявших в тесноте.

Добрый вечер, профессор. Он замер и медленно выпрямился, оставив узел шнурков неразвязанным. Высокий мужчина средних лет медленно снял очки и протер окуляры рукавом пиджака.

Затаив дыхание и кое-как стараясь сдержать дикую дрожь в груди, она прижалась спиной к холодному мху во впадине под большим дубом. Вся картина перед полуслепыми глазами сливалась в неразличимую мрачную кашу, а предательски громкий стук собственного сердца, грозившего вот-вот покинуть рамки сдерживающей его грудной клетки, не давал сфокусировать взор на чем-то конкретном.

Если беднота: мясо, рыбу, фрукты и овощи есть не будут, так они же за хлеб примутся. Больше хлеба брать будут. А это значит, что и на хлеб цена вверх пойдёт. Или же хлебопёки тоже начнут «план» выполнять и для большего веса мел со шпаклевкой в тесто добавлять.

Понять Россию невозможно, говорят лирики и поэты, есть при этом небольшое уточнение: там понимать нечего, потому что всё примитивно до абсолютности.