Давно я модных песен не пою,
Молчит гитара пылью покрываясь,
Но очень часто на углу стою,
Где целовал Вам губы, с ними расставаясь.

Мне намедни посулили золотую плошку,
А подсунули по-тёмному ржавую ложку.
Пели гимны, псалмы, да патокой лили,
Но на деле лишь стенку моей мордой били.

Однажды я, скитаясь без нужды,

Шурша подмётками по старой коже улиц,

Увидел пса средь прочей суеты,

Спешащих вперемешку дураков и умниц.

Я был иным ,

Но это было так давно.

Я был немым ,

Как старое кино.

Когда
Над кронами лесов
Сгорит звезда
Пунцового заката,
Дымя горами облаков,

Тогда
Сползёт седая тень на всё.
Тумана вата
Задышит по ногам земли,
Яснее звуки станут,
Ближе...
Камыш зашепчется с водой
О леших и смешных русалках.

Я очень мало напишу, Я просто, больше не успею,
Kуда, зачем, за кем бреду,
Зерно сомнения посеяв?

Мне всходы этого зерна
Масштабом жизни угрожают.
И так с утра и до утра
Веду я битву с урожаем.

Быть может поздно стал писать,
Любить , и даже быть собою?
Порою надо бы смолчать
И не играть в очко с судьбою,

Но сомневаясь ,что смолчав
Я в весе золотом прибавлю,
Я заставлял себя кричать.
Я думал криком всё поправлю.

Я все зубы сломал о свинцовую грудь,
Родина Мать!
Ты нам в темя втирала блестящую ртуть,
Вот благодать!
Ты протезы дарила нам щедро -
Своим сыновьям,

И искусственный глаз предлагала незрячим
Эх! Мама! Маман!
Ты голодных дразнила портретами
Сытых свиней,
И кричать заставляла немых,
И учила любить палачей.
Мы послушные дети ,
Усвоив уроки твои ,
Режем вены тебе
И пускаем по ним героин.

Друзья , бутылка , вино , закуска ,
Подъезд , прохожие , ветер , темно.
По- первой , по- третьей, кислятина , грустно...
Базар ,пьяный хохот , погасло окно...

Струя одиночества
По длинному празднику.
Немного пророчества
Для вечного странника,
Немного величия,
Достаточно скромности,
Предел неприличия
И капли бессонницы.

Тысячи ног истерзали худую дорогу,
Пылью рассыпалось время за тысячи лет,
Я позабыл твой порядковый, Господи Боже!
И подарил в твои кущи другому билет.