30 марта 1920-го Михаил Фрунзе – руководитель РККА в Туркестане заявил на встрече с эмиром, что Советская Россия «в величайшей степени заинтересована в территориальной неприкосновенности Бухары».
Из всех бухарских эмиров Сеид Алим-хан был наиболее лоялен царской власти и «старой» России в целом. Он имел дружеские отношения с Николаем II, а во время Гражданской войны предоставлял убежище бежавшим из Туркестана белогвардейцам. Эмир едва ли питал иллюзии насчет возможности мирного сосуществования с РСФСР, тем более ранее советские войска вторглись в Хивинское ханство и провозгласили там 26 апреля Хорезмскую народную советскую республику (ХНСР). Правда неожиданно?
Летом прошел очередной раунд переговоров между Фрунзе и Сеидом Алим-ханом. Результатов он не принес: требования советского комфронта оказались неприемлемыми для эмира. Фрунзе приступил к подготовке похода на Бухару, Сеид Алим-хан – к организации обороны города.
25 августа 1920 года бухарские коммунисты во главе с оказавшимся там проездом Валерианом Куйбышевым (тоже неожиданно) подняли восстание против чарджуйского бека и обратились в Москву с просьбой о помощи и присоединении (совершенно неожиданно).
В тот же день Фрунзе отдал приказ, в котором политическая цель операции была определена как «революционная братская помощь бухарскому народу в его борьбе с деспотией бухарского самодержца». Операция назначалась в ночь с 28 на 29 августа. План заключался в одновременном внезапном ударе четырьмя группами с прикрытием со стороны Афганистана и Персии. В Новой Бухаре (ныне Каган) красные сосредоточили три авиаотряда для поддержки наступления с воздуха. 27 августа местные просоветские силы захватили Чарджуй (ныне Туркменабад) – название этого города хорошо знакомо зрителю из бывшего СССР по фильму «Вокзал для двоих» («Кому дыни чарджуйские! Сладкие, как мед, гладкие, как девушка! Налетай, расхватывай!»). 29 августа части Красной армии подошли к стенам Бухары. Первая попытка приступа оказалась неудачной: наступающие ворвались в город, но были отброшены.
Фрунзе даже писал по этому поводу: «Дела под Бухарой продолжают обстоять неважно. Несмотря на прибытие солидной помощи из 1-й армии, город до сих пор не взят. Бросаю в помощь свой последний резерв».
Ввиду запоздания Чарджуйской группы решающий штурм перенесли на 1 сентября 1920 года.
30 августа красноармейцы подтянули артиллерию ближе к защитным укреплениям города. Общее руководство атакой было возложено на командующего 1-й Туркестанской армией Георгия Зиновьева. 31 августа началась бомбардировка Бухары с неба. 11 советских самолетов сбросили на древний город около 200 фугасных и осколочных бомб. Следствием этого стал пожар «неслыханной силы». Горели дворцы, базары, склады с запасами чая, сахара, хлеба и шелка. Среди мирного населения жертвами советского террора стали около десяти тысяч человек.
Перед началом штурма под стенами Бухары произошла перегруппировка: демонстративный удар наносился на Каракульские ворота, в то время как главные силы направлялись на Каршинские ворота. Штурм города начался 1 сентября в 5:00 утра и прошел успешно. Уже в 17:00 Бухара была взята.
Эмира в крепости не оказалось. С отрядом личной охраны в 1000 всадников он бежал из осажденного города в Восточную Бухару, а его армия рассеялась. Зиновьев организовал преследование Сеида Алим-хана, однако командиры нижнего уровня не проявили должной инициативы.
2 сентября Фрунзе послал Владимиру Ленину телеграмму, в которой говорилось: «Крепость Старая Бухара взята штурмом соединенными усилиями красных бухарских и наших частей. Пал последний оплот бухарского мракобесия и черносотенства. Над Регистаном победно развевается красное знамя мировой революции».
Через месяц после ликвидации Бухарского Эмирата, 8 октября 1920 года, на его территории была провозглашена Бухарская народная советская республика (БНСР). Далее метаморфозы с Бухарой происходили, как советская рутина.
А теперь, дорогой читатель, можно рассматривать любой географический регион, так или иначе попавший в состав Российской Империи, СССР или путинской России, и не сомневаться, что все события втягивания этих регионов в юрисдикцию упомянутых стран плюс – минус происходили также, как с Бухарским Эмиратом в 1920 году.
Артур Гинзбург
FREEDOM OF SPEECH
