Home » Молодые писатели » Виктор Власов: Под стопой Одина - Page 2

Виктор Власов: Под стопой Одина - Page 2


– Какой сильный ребёнок! – произнесла крикливым птичьим голосом чужая старуха, прикоснувшись своей сухой, грубой и мерзкой ладонью к маленькому Сефиро. Мальчик, младенец, лежал, не шелохнувшись, в яслях, точно в яме, в которую накидали сухого мха. Сефиро глядел на себя, только что родившегося и омытого чистой озёрной водой. Он видел и противную горбатую старуху, с ног до головы замотанную в пёстрые тряпки.
god odin 10Старая ведьма пританцовывала вокруг ложа младенца, тряслась, будто сумасшедшая: чудилось, призрачные демоны чередой проходили сквозь её костлявую грудь, лобызая душу, обжигая ядом. Вот в костлявых руках появилась зеленоватая нить с подвеской – знаком Одина. И нож, тонкий, кривой.
– Сгинь, паршивая! – кричал Сефиро, пытаясь добраться до старухи. Но с каждым порывом гнева ведьма оказывалась дальше и дальше и, наконец, превратилась в крохотную картинку из разноцветных блеклых лоскутьев… висящую на стене в доме наставника Кьярана – в доме, который давно разрушен…

Во тьме, внезапно ослепившей Сефиро, со всех сторон свистал то жгучий, то студёный ветер. Пространство взрывалось молниями стального блеска, метавшимися над чёрными скалами вперемешку с густыми тёмно-зелёными хвойными лесами. Швыряя на скалы подхваченное бурными валами прибрежное каменное крошево, обрушился с яростным гулом чудовищный шторм, высекающий изваяния каких-то угрюмых исполинов, наполовину провалившихся в рыхлую землю. Из адского мрака бушующих небес близилось НЕЧТО. Оно двигалось неспешно, но неуклонно, размеренно и неотвратимо, под удары стихий и мелькания апокалипсического блеска в вышине.

***

Придя в сознание, Сефиро обвёл глазами незнакомое место.
– Очнуться? – спросил кто-то басовито, со странным акцентом. – Таур погорячился. Как тебе великать?

Тусклый свет, пробивающийся в отверстие в пологе, обрисовал человека в шерстяной кофте. Это был мужчина с несоразмерно большим животом, с короткими пухлыми руками.
– Помогаю? – предложил он, протянув руку. Кожа кисти была тёмная и заскорузлая, похожая на кору сосны, а пальцы невероятно толстые и стёртые на косточках.

Стиснув зубы, Сефиро рывком поднялся и тут же упал снова, нога оказалась травмирована. Тело затекло, стало тяжёлым, как камень. Но парень всё же присел, обжёг пристально-гневным взглядом толстяка, зашипел, точно рассерженный уж.
– Не волновайся, друж, отшлифаешь. Главное: связы и мышца – не порвана.

Большое, казалось, неуклюжее туловище незнакомца поддерживали кривоватые ноги, короткие и массивные. Из-за пояса штанов, обрезанных до колен, торчала странная желтоватая кость, полая, с воронкой на кончике. Толстяк наклонился, чтобы осмотреть Сефиро, заключил:
– Не двинься время.

Парень увидел его лицо. Личные кости были недостаточно развиты. Узкий лоб, нависавший над глазами без бровей и давящий на них так, что они едва прорезывались. Лицо его – крупное и красное, выдающее любителя вина, с мясистым носом и тем добродушно-величавым и немного презрительным выражением, какое свойственно людям простым, но мужественным, переживавшим опасность.
– Я – Миддий, – сказал толстяк, отойдя к столу. – Ты – Сефиро. Имя хороший, здоровый! Мы – друже!
Некоторое время толстяк-лекарь нёс тарабарщину на незнакомом языке, будто колдовал. Слегка наклонив бритую голову с узкой короткой косичкой на макушке, налил кипяток в деревянную кружку, помешал деревянной же ложкой. Душисто запахло горячим отваром.
– Выпить, – Миддий сосредоточено понюхал содержимое кружки и похвалил: – То, что надо! Тяни ногу, я смотреть рану… не злиться. Злобой не помочи ране!

Толстяк излучал великодушие. Ни малейшего намёка на подвох. С настойчивостью родителя он снова потребовал осмотреть рану, жестикулировал, поясняя смешно, неуклюже, почему нельзя «шевеляти» больной ногой, и наконец, добавил:
– Я отвечать за не болей. 

Сефиро неохотно протянул больную ногу. Взяв кружку, недоверчиво понюхал. Лечебный отвар Миддия оказался противным на вкус, во рту вязло – захотелось прополоскать горло прохладной чистой водой, зачерпнув из стоящей рядом кадушки. Сефиро поднялся тяжело, как дряхлый старик.
– Где мой меч? – бросил он, опустошив вторую кружку. В глазах замелькали бунтарские искорки.
– Главар несёт, – ответил лекарь, подав деревянный костыль.
– Неладен демон, – заворчал Сефиро, исказившись. – Как немощный!..
– На время, – вскинулся Миддий, расширив с трудом свои маленькие мышиные глаза. – Ещё на дне твоя болезнь – большая, а сегодня – мала. Ты – как бору!
– Где я? – кинул Сефиро, приноравливаясь к длинному костылю. Внутри, в груди приятно потеплело, будто выпил эля. Боль в ноге лишь чуть напоминала о себе при ходьбе. Травяной взбадривающий эликсир подействовал.
– Не знать, как на ваш… – Миддий, сконфузившись, покачал головой.

Отодвинув плотный полог, Сефиро прищурился – яркий дневной свет ударил в глаза, ослепил. Веяло влажной прохладой. Солёная свежесть перемешивалась с запахами, доносящимися от костров, разведённых из плавника на щебнистом морском берегу. Жарили мясо, разделывали и пекли рыбу – нос здоровяка Сефиро не проведёшь, на своё чутьё, сиречь обоняние, он полагался чаще, нежели на рассудок, блуждающий в тёмных лабиринтах полузнакомых фактов. Слышался бесконечный тихий прибой, плеск воды, протяжные крики чаек, звон из кузницы, доносились голоса мужчин и женщин, раздавался хохот, одиноко ныла волынка. Молодой гигант огляделся, сжав губы.

Хижина лекаря приютилась на отлогом спуске, чуть поодаль большого шатра, окруженного меньшими палатками, разбитыми между мелкими и неприглядными тростниковыми хижинами, а чуть дальше, под платанами – серели три-четыре каменных дома, приземистые и повыше, над каждым колыхался герб. Это был рыбацкий посёлок, в котором воины разбили лагерь.
Сефиро, опираясь на костыль, побрёл по склону вверх, туда, где возле палатки на холме виднелся ненавистный человек в светлой рубахе. Тот беспечно смотрел на пенящуюся воду, на коричнево-серый скалистый утёс, что круто вздымался из воды. Лёгкая зелёная бахрома свешивалась с обрыва и заполняла трещины в скальной породе.
– Эй, ты? – позвал Сефиро, оскалившись. – Мы не закончили!

Сложив оголённые по локоть руки на груди, Таурус не оглянулся. На фоне ясного неба, прямо как на английской королевской монете, был виден его чёткий рубленый профиль, отмеченный печатью властности. Влажный ветер развевал длинные волосы лидера фениев, схваченные надо лбом светло-красной лентой.
Подойдя ближе, здоровяк увидел свой меч. Клеймор лежал наполовину раскрытый, в шкуре, на мелкой траве, ярко блестел, отполированный, красивый. У ног ненавистного наглеца.
– Глухой? – бросил Сефиро, сплюнув. Он сердился – боль в ноге тревожила сильней.
Таурус медленно, удивлённо повернулся, блики ярко-оранжевого дневного солнца запрыгали по ножнам меча на боку и отразились в топазе инкрустированной рукояти кинжала, торчащего за ремешком поножей. Он улыбнулся широко и добро, как ребёнок, и даже виновато.

Обычной улыбкой можно с лёгкостью обмануть только доверчивого человека, а Сефиро не доверял хитрецам, глядел в глаза пристально и выжидающе, раздувая ноздри, включал «чутьё». Странно, но в широко раскрытых глазах недавнего противника не читалось ненависти. Ни тени  на лице, такой мерзкой и говорящей…
– Как нога? – спросил Фэрганем так просто, будто разговаривал с другом. – Миддий – молодец, скоро будешь как новый.
– Заткнись! – оборвал Сефиро. – Готовься!

Здоровяк был готов припечатать костылём этого мелкого человечка, а потом, добравшись до своего меча, раскрошить на кусочки.
Фэрганем Таурус нагнулся и поднял тяжёлый меч. Подал его Сефиро.
– Держи, я бы таким не смог долго сражаться. Много сил нужно, чтобы махать двуручником. Когда ум, ловкость, сила и техника фехтования сочетаются в бойце – вот тогда приходит истинное мастерство.

Как показалось Сефиро, последние слова были сказаны с укором, с намёком…
– Берегись! – гаркнул здоровяк, отбросив костыль. Огромный длинный меч ударил по тому месту, на котором только что стоял Таурус. Тот отскочил, выхватывая оружие и налету отбивая выпад по касательной. Рубящий удар тяжёлого клеймора мог нанести серьёзный вред тонкому и короткому клинку, не говоря уже о болезненной отдаче в кисть обороняющегося. Пока Сефиро решал, как поймать юркого Тауруса на секретный приём, Фэрганем встал, посерьёзнев, согнул ноги в коленях. Он повернул клинок боком и под углом, дабы массивная сталь не развалила его надвое, выбив оружие. В левой руке «горностай» сжимал дирк, сделанный из обломка меча. На лязг мечей сбежались воины «белого горностая», примчалась и Лаурина с обнажённым клинком;  стремительно вышел лекарь. Двое поединщиков сражались, подстрекаемые криками наёмников.

Кьяран преподавал ученику фехтование более лёгким мечом, Сефиро старательно применял эту технику сейчас. Обычно в подорожных стычках один на один ему хватало трёх-четырёх ударов или пары минут для победы над небольшой шайкой. Его противники боялись нападать на бешеного здоровяка с железным заточенным дрыном, роняющим пену изо рта. В тесном помещении харчевни он попросту всех переколол, орудуя клеймором как коротким тяжёлым копьём. Теперь же Сефиро встретил воинов – отважных и осторожных. Этот мелкий, вертучий хитрый чёрт, верно, их предводитель… почему-то не нанёс ни одного разящего удара, хотя Сефиро часто раскрывался, попадаясь на его финты.  
– Таурус, покажи ему, покажи!..

Боль сковала движения Сефиро, похоже, действие эликсира закончилось, и нога окостеневала вновь. В очередной раз, рубанув мимо, благодаря искусству юркого «горностая», здоровяк сделал единственное, на что хватило манёвра – рухнул на врага, выпустив оружие для захвата мощными руками. Фэрганем и Сефиро покатились по склону холма к берегу реки. Первый поединщик, стиснув зубы, молчал. Второй жутко бранился. Наконец, в осыпи песка и камешков, они съехали до самой воды и там дрались, колошматя друг друга кулаками, коленями и локтями. Мутузили нещадно! Их лица припухли от ссадин. Красивый «монетный» профиль Тауруса окривел и цветом походил на ломаный Стамфордский полпенни. Но, хитрей и проворней, выждав подходящий момент, Фэрганем подскочил и мыском сапога нанёс удар Сефиро, метя в глаз. Поймав коварного супостата за ногу, Сефиро резко потащил. Сейчас же применил захват на излом, которому научился ещё в детстве, и бой завершился… бы… Фэрганем свалился, но дотянулся до пустых ножен своего дирка. Сефиро, подтащив к себе Тауруса за ногу, внезапно заметил, что его в руках оружие и тот уже готов бить… Сефиро замер, выжидая и злясь… Придерживая над его глазом двузубую вилку, Таурус медленно высвободился. Восстанавливая дыхание, Фэрганем выглядел одновременно уязвлённым и довольным. Криво улыбалось его побитое лицо. Встал и Сефиро, нога жутко болела, будь она проклята! Он, воспитанник самого Кьярана, проиграл дважды, поэтому молчал и слушал.
– Будешь моим воином, – Таурус вложил миниатюрное оружие обратно в ножны. – Воином «белого горностая».
– Да-а, – сердито протянул Сефиро, стиснув зубы. Отвернувшись, парень съедал взглядом наёмников, они в свою очередь были готовы отомстить за каждый синяк своего главаря. – Куда мне деваться, победа за тобой! – добавил здоровяк в клетчатой юбке, заковыляв на холм через расступающихся «обмоточников».
– Посмотрим на тебя, выдержишь ли?.. – сверкнув белыми зубами, бросила Лаурина со зловещей убедительностью, за которой чувствовалось множество раздавленных жизней, моря слёз и пламенный бунт возмущённой справедливости.   
– Сефиро – воин «белого горностая»! – громко провозгласил Таурус. – Теперь наш друг и соратник…
И, вполголоса, – Миддию: «Одень его как подобает…»

***

Погода в Шотландии изменчива. Только что был ясный день и вот, поливает дождь. Только что лило как из ведра и вот – снова в небе ни облачка. Это не Данелаг, это кельтская земля, страна ведьм и колдунов, у каждого второго – тесные интимные отношения с Лугом, Мананнаном, Таранисом и прочими божествами, не считая местной вредной мелочи. Боги не успевают удовлетворять просьбы своих почитателей и потому, когда не могут поладить между собой или совладать с раздражением, небеса посылают на землю то засухи, то грозы, то напасти.
god odin 6Накатившая громада серых туч, неожиданная, как набег викингов, вскоре удалилась в сторону земель англосаксов, к ненасытному королю Эдуарду и жадным норманнским графам. Ночью стало потише. Доносился лишь неугомонный шум прибоя и звон капель с крыши. В большом шатре главаря катхи горели факела, освещали стены и стол, за которым расположились молчаливый Миддий, задумчивая Лаурина, несколько средних рангом военачальников, трое высших командиров. Во главе стола восседали чрезвычайно болтливый парень Дёран, затем звонкий и как будто хмельной, барон де Росс, бальи, и, наконец, сам Фэрганем Таурус, серьёзный и сосредоточенный.

Барон, казалось, находился не с ними, а где-то далеко на изумрудных холмах, на разгульном празднестве в честь сбора урожая. Гилливрэй Росс вырядился, как подобало коренному шотландцу. На голове чёрный боннет с веточкой можжевельника. Поверх белой полотняной рубашки с рюшами была надета чёрная твидовая куртка. На ногах – клетчатые чулки до колен, башмаки с металлическими пряжками. Килт в зеленовато-красную клетку; на поясе висел меховой кошель-спорран.

Барон махал кулаком в перчатке, грозился одним приказом разбить английских рыцарей на границе, будь он на месте «повелителя Островов», лэрда Аргайла. Разглядывая большую карту-схему, командиры выбирали маршрут.
– Вплотную тоже давай, оставь свою Кильях Бьер – предложил бальи Таурус. – Отряды Коминов и без нас очистят южную границу. Потолкуем о своём… Итак, король Давид сидит в Тауэре, графья дерутся. Дональды гребут под себя всё, что плохо лежит здесь, в Нагорье, вдали от проклятых земель, которые косит грязная английская смерть. А значит, охрана Арнейл незначительна. Это нам на руку.
– Нет, – возразил Дёран, поднявшись, нависнув над картой. – После разгрома при Невилл-Кросс Томас Бойд там же, где Давид Шотландский – в английском плену. Поэтому его отец, Роберт Бойд, не рискнёт выступить вместе с лэрдом Джоном против англичан. Поэтому вся армия Каннингема будет нам помехой.
– Хокон Норвежский не был дураком, – заявил бальи Росс. – Мы сделаем так же, как он: захватим сперва Арран, с моря, а оттуда нападём и отнимем Портенкросс!
– И поссоримся со Стюартами. – Усмехнулся Тонье, один из командиров катхи.
– Нам всё равно понадобятся галеры, чтобы убраться восвояси, – настаивал Гилливрэй Росс. – Куда же их прикажешь спрятать, пока длится осада? Куда девать груз потом? На себе тащить, через Кэмпбеллов?

В самом деле, провести армию из северного Росса для захвата замка Бойдов через земли таких сильных кланов, как Макдональды, Кэмпбеллы, Кэмероны было проблематично, можно не только навлечь неудовольствие соседей, но спровоцировать их в набег на Кинтайл. Устоят ли Маккензи? К тому же Бойды успеют подготовиться и нападут на марше, где-нибудь у Данбартона… Морем идти проще.
– Маклины на море нас остановят.
– Не посмеют!
– Разделим армию, если её можно так назвать, на две части. – Ирландец со светло-зелёными глазами, с подбородком, словно острие меча, юный Дёран быстро влился в отряд и даже заслужил звание командира полусотни своим пытливым умом и ловкостью. – Да, разделим армию! Пусть одна часть пойдёт сушей – это будет отряд Росса; он отвлечёт на себя внимание горных кланов. Пусть говорят, что идут на помощь Джону Макдональду и по пути принимают или нанимают добровольцев.
– В самом деле, – подал голос кто-то из командиров, – у Росса к англичанам есть своя родовая претензия. Как раз сейчас удобный момент отбить их старинное владение в Дамфрисе – замок Санкер, например.
– Второй отряд, норвежский – Тауруса, перебросить морем. Когда армия Росса и добровольцы Бойда перейдут границу в холмах, он атакует замок.
– Тоже выход, – недовольно согласился Гилливрэй Росс, прикусив усы, смерил мальца недоверчивым взглядом, покачал головой.

Парень держался молодцом, ни капли смущения. Настоящий ирландец с горячей кровью. Шерстяная рубаха, надетая через голову, с короткими рукавами, была украшена коричневой вышивкой – каменной многоцветной лилией. Эту рубаху, как, впрочем, и штаны, узкие и длинные, со штрипками, проходящими под стопой, и отверстиями на уровне косточек на щиколотках, он приобрёл в стычке с небольшим английским отрядом и с тех пор носил постоянно. Ирландец в английской одежде не по размеру смотрелся смешно, но гордо на все укоры и насмешки отвечал, дескать, Уильям Уоллес тоже никогда не носил килта.
– Не пойдёт. – Повёл бровью Фэрганем Таурус. – Если армия Росса отправится воевать, кто останется защищать Эйлен Донан? И самое главное – зачем напрасно и не вовремя ссориться с Маклинами?
– Что ты предлагаешь? – бальи воззрился с недоумением: план Дёрана казался ему единственно разумным и достаточно хитрым.

Лаурина молчала, храня сосредоточенное выражение лица. Свет от крайнего факела золотил кожу на её плечах и шее. Совет подходил к концу – Таурус принял решение, де Росс согласился, командиры высказались и когда все были уже готовы покинуть палатку, Лаурина решила озвучить то, что тревожило и томило лично её.
– Если ни у Миддия, ни у бальи Росса, ни у кого из присутствующих более нет важных замечаний, тогда… Фэрганем Таурус, этот одержимый новичок, он опасен для отряда! Воины волнуются: они не доверяют бесноватому громиле.

Словно в подкрепление слов Лаурины кто-то крикнул с бессмысленно-хмельным и злым удальством:
– Выходи, трус!

Доносилось шлёпанье ног по грязи и разноголосое возмущение:
– Наглец, что себе позволяешь?
– Вернись, сумасшедший!

На улице приготовились к бою несколько охранников. Нацелив копья, они преграждали Сефиро путь в шатёр. Отступая, охранники трусили, ни один не решался атаковать первым. Здоровяк держался без костыля, прямо и дерзко, огромный меч был при нём. Дикарь из клетки: напряжённый, готовый одним взмахом клинка отнять чужую жизнь. Подняв правую руку, вот-вот выхватит свой клинок из шкуры, и охранники превратятся в груду плоти и кровавых тряпок. Действовать следовало быстро, без раздумий… и Таурус знал, как…
– Отправишься с нами! – властно бросил он.

Взором, подавляющим волю психопата, вглядываясь в глаза Сефиро, Таурус резко кивнул головой: безумец, сейчас он понимает лишь резкие жесты и яркие эмоции.
– Да! – рявкнул Сефиро. Свет сторожевых костров и яркой луны, отрешённо висящей в высоком звёздном небе, окрашивал тесноватую одежду на исполине в красно-жёлтый цвет.
– И получишь жратву и девок? – зло усмехнулся молодой Дёран.
– Да-а! – здоровяк затрясся, загоготал – дикий, сумасшедший. Казалось, эти слова пробудили звериную сущность, разожгли неимоверный голод.
– Не касайся меча, пока не скажу, – покачал пальцем Фэрганем, скалясь диковато, как будто они оба были зверьми из одной клетки.
– Возмутительно! – брезгливо хмыкнула Лаурина. Убийца Сефиро пугал непредсказуемостью. – Потащишь этого с нами? – она обратила взгляд на Тауруса. На чеканном лице Фэрганема – печать властной непреклонности. Он будто не слышал  предупреждений Лаурины, не чуял исходящей от здоровяка беды. Де Росс осторожно положил руку на его плечо.

Таурус не ответил.
– Великолепно! – Дёран, наклонил голову набок. Авантюрист ирландец выказал желание испытать дикаря. – Готовься… грудь!.. – и выхватил кинжал из-за своей спины, метнул.
Сефиро моментально отбил кинжал, встав боком и поставив меч стенкой.
– Я сказал в грудь, значит в грудь! – довольно заключил Дёран. С мальчишеской нетерпеливостью он всплеснул руками. – Главное у нас – доверие и реакция. Наш воин, как есть!

Таурус кивнул:
– Миддий, присмотри за ним.
– Два деня нада сбор и варева поить, хароша быти тада. – Заявил лекарь и повёл Сефиро в свою хижину.

Ночь Лаурины прошла в тревожном ожидании незримого, опасного. Прочие воины «белого горностая» спали вокруг костров крепким сном поздней ночи. А наутро на скате холма появился всадник.
Бородатый лоулендер в тёмной неприметной и кое-где рваной накидке поверх широкой складчатой рубахи, с крупным, грубым румяным лицом, ввалился в шатёр Тауруса. Он принёс страшную весть: бубонная чума пришла в Аргайл. Идти по суше на юг, значит потерять армию.  

Сефиро лежал на песке наполовину в солёной воде. Держал меч на вытянутых руках и представлял, что пронзает насквозь солнце, а оно, переливающееся, раскалённое, было готово облить его горячим жидким золотом. Раненная нога стараниями друга-лекаря заживала удивительно быстро, а морская вода способствовала восстановлению. Энергия солнца и прибоя помогала воину по имени Сефиро, по крайней мере, он в это верил. Сквозь истеричные крики чаек и шёпот волн, за звуками стремительно пробудившейся жизни деревни он различил тихие шаги множества ног по камням. Несколько воинов спускались сюда и застали бы Сефиро врасплох, если б не его удивительное чутьё. Медленно поднявшись, парень увидел семерых, вооружённых секирами и копьями. Они не собирались сражаться всерьёз – это было заметно по вялым взглядам и нерешительным движениям.  Да и Сефиро, вообще-то, не хотелось драться.

Подвижность «хромала», но через боль, как учил Кьяран, можно атаковать не менее эффективно. Первым напал тот, что меньше и легче остальных. Напал из-за спины. Взмах огромного меча, удар наотмашь – древко секиры разлетелось, а сам воин отскочил и завалился на спину, в воду. Остальные набросились гурьбой, закричали, взметая брызги. С холма внимательно наблюдал Таурус.
Перебросив железную громадину за спиной, Сефиро крутанул вокруг себя, ухватив рукоять одной рукой. Нападавшие отскочили, выставив секиры и копья. Раздался лязг и треск древесины. Те, кому перебило древки, обнажили короткие мечи, продолжили бой. Громадина клеймор позволял держать противника на расстоянии. Понемногу душа распалялась злостью и обидой… Это было ново! Прежде бешенство охватывало Сефиро внезапно, напрочь отнимая соображение.

– Хватит! – процедил Сефиро и пошёл в наступление. Похрамывая, он двигался небыстро, но неуклонно теснил нападающих от берега. Вот одним блоком защитился от двух ударов сразу. Поймав копьё третьего, дёрнул с такой силой, что воин мигом прилетел к нему, точно дельфин. Саданув кулачищем, Сефиро вывел противника из строя. Тот упал на задницу и потом долго сидел на бережку, тупо глядя перед собой. Даже с хромой ногой Сефиро сражался весьма ловко.

– Достаточно! – поднял руку красный от хохота Таурус, когда над водой оставались уже только мокрые «тюленьи» головы. – Искусное обращение с мечом и сила мышц – не единственные помощники в бою, – подытожил он, спустившись к месту схватки. – У тебя двуручное оружие, но ты обходишься и одной рукой, причём машешь без устали. Никакой судороги и слабости, только меняешь тактику время от времени. От защиты к нападению. Сказать, «школы нет», звучало бы глупо, но и не отметить продвижения нельзя. Начал думать – молодец Миддий! Да и ты – ничего…

***

Рановато штормам в это время года. Дул сильный ветер, не смолкал его протяжный гул, и с вершин безлесных гор доносилось завывание. Гаэльский отряд Фэрганема Тауруса двигался прямо по обмелевшему в эту пору ручью, поросшему осокой. Основная масса норвежских воинов катхи направилась на галерах к острову Арран, а силы Росса решено было не задействовать. Сквозь зелёные заросли ивы и ольхи, начавшие уже желтеть берёзы, и высокие платаны с густой бурой листвой, что разрослись по склонам и дну лощины, постороннему глазу заметить отряд было трудней. По правую и левую руку их скрытно сопровождали дозорные – такая предосторожность была не в обычае отважных до безрассудства горцев, привычных шагать по землям предков под марш волынки – пиброх, но все смирились с причудами Фэрганема Тауруса и не удивлялись его приказаниям. Сотня человек, они добрались незамеченными почти до Лох-Ломонд, разбив стоянку в укромном местечке подле города Бэлдун, где держали ведьму. Таурус был уверен, ни с того ни с сего усиливать охрану города никому и в голову не придёт.

«Ведьмой», из-за которой приходилось делать изрядный крюк вокруг гряды заповедных холмов Аргайла, была рыжая бретонка Иуэль, травница Миддия, попавшая в переплёт самым глупым образом – на последней стоянке женщине понадобилось подсобрать редкие, но такие нужные в хозяйстве лекаря корешки. Она устала и зашла в город, чтобы купить на рынке еды. Иуэль расплатилась за хлеб с молоком серебряной монеткой, да вот беда – торговке монетка показалась гнутой. Мнительная тётка вскоре насчитала у себя неимоверное количество симптомов чумной болезни – её и знобило, и лихорадило, и тошнило, и пучило, на коже высыпали малиновые пятнышки, поредели волосы, ощербатились зубы, постарела кожа… Словом, торговка поняла – ей дали гнутый пенни с наговором, с намерением погубить весь город. Ничего не подозревающую Иуэль нагнали стражники и в плетёном лукошке обнаружились ещё худшие улики – подозрительные корешки такой корявости, что не оставляла сомнений в злокозненном криводушии обладательницы. Да к тому же в имени без труда расслышали – evil «ивэл», ПОРЧА!

В город ведьму, разумеется, не повели из санитарных соображений – её собирались сжечь за стенами, но так, чтобы полюбоваться пришли и крестьяне из окрестных деревень. Для несчастной соорудили клетку, чтобы принести жертву Правосудию как подобало, по кельтским обычаям. Знаменитые судилища над еретиками и колдунами только зачинались на континенте, но и сюда на край света, в союзную Франции дикую Шотландию, мало-помалу проникало цивилизованное папское мракобесие.

Дёран ради общей пользы облачился горцем, сходил в город и легко разведал, как обстоит дело. Бюргеры были напуганы и раздражены, поэтому предстоящие суд и казнь обсуждались охотно, всякие новые детали в красках, с фантастическими подробностями, передавались из уст в уста. Стражники рассказали, как ведьма пугала их, изрыгала пламя, дышала ядом, обращалась то в куст, то в зверя. Нашлись очевидцы, подтверждавшие: костлявая как Смерть, рыжеволосая Порча шла по базару, гнула ногтями монетку, плевала и шептала в кулак страшные заклинания. Дескать, такое не увидишь простым глазом а, только нагнувшись раком и глядя сквозь ноги гулящей девки, хотя ещё можно смотреть сквозь ушко кувшина, раздвоенное дерево или через копыто козла. В общем, складывалось впечатление, в городе живёт немало собственных готовых ездоков в Преисподнюю.

Добрая женщина, травница не заслуживала жестокой преждевременной смерти, умелая помощница, она была нужна Миддию. А Миддий и Таурусу, и де Россу был нужнее всех наёмников вместе взятых, поскольку без возможности использования в дальнейшем его алхимических знаний само нынешнее авантюрное предприятие клана Росс теряло смысл.
Иуэль охраняли всерьёз. Соорудили небольшой лагерь, нагнали стражи, выставили караул. С раннего утра крестьяне запасали дрова и складывали поленницу. Откуда-то припёрли огромную, в человеческий рост, просмолённую бочку, чтобы рыжая гадина горела жарче. К вечеру возле городской стены собралась толпа зевак, жаждавших отмщенья пособнице Старины Ника. Все ожидали прибытия лорда-профоса и священника. Дёран же в это время излагал Таурусу обстоятельства дела.
– Чушь какая, бред собачий! – возмущался Гилливрэй Росс. – Взять и схватить, как коршун куропатку! Да разве обыкновенная, здоровая, женщина может навести чуму наговорами?
– Не в наших интересах привлекать внимание, – сказал предводитель «горностаев». – Бальи, будь щедрым, выдели денег!
– Видишь ли, вождь, – внятно произнёс Дёран. – Городские власти перепуганы. Им непременно надо кого-то сжечь.
– Вот, точно! Обменяй девицу на того здоровенного психа, Маклина, – буркнула Лаурина.

Едва успели! С башен городской стены часовые увидели, что лагерь атаковала кучка зелёных бесов, вырвавшихся из кустов. Впереди нёсся один лесной демон с огромным мечом, в лёгком накладном доспехе из дубовой коры. Опрокинув наспех сколоченный тын, он буквально разваливал надвое солдат, попадавшихся на пути. Махал и махал гигантским оружием, кричал, страшный, неистовый, надрывая связки. Стрела вонзилась в него, затем вскоре торчала и другая, третья достигла цели. Но заговорённый, не ведающий боли зверочеловек рвал шатры, сломал сарай, уничтожал предметы, приготовленные для ведьминой казни. Толпа в ужасе разбежалась. Поленья для костра и мёртвые воины так и остались лежать грудой подле стены города Бэлдун.  
Спасённая рассказала удивительные вещи. Она не первая ведьма, отловленная в этом городке – зачастили что-то ведьмы в Бэлдун! Одну горожане утопили в озере – связав за спиной большие пальцы ног и рук, несчастную бросили в воду, и та прикинулась,  будто сроду с нечистью не зналась – утонула. Другую, девицу лет шестнадцати, скинули со скалы, усадив на помело. Думали, коли взлетит, значит, ведьма... Ошиблись, хитрая девчонка разбилась насмерть, оставив добрых горожан «с носом». Ещё одну, ей удавалось долго выглядеть молодой, старуху, недавно свели куда-то в лес, придавив камнями… Когда вернулись проверить, тела на месте не оказалось – забрали злые духи холмов, а под камнями отыскались косточки, только не человеческого скелета, а большой дикой кошки. Значит, ведьма оборотилась, но, пытаясь спастись, она так и не смогла выползти из под каменной груды, наваленной сверху.  Благо ей, ведь камни были освящены в аббатстве Мелроуз, где покоятся мощи святого Дритхельма и хранится сердце короля Шотландии Брюса I.

Большую часть отряда Таурус отправил дальше вместе с Дёраном, а сам остался наблюдать и отвлекать возможную погоню, но горожане не рискнули даже выйти за стены, чтобы унести своих убитых и раненых.

Близ Аррохского леса издревле существовали разбойничьи пещеры пиктов. Эти катакомбы были не просто добротным укрытием путника, спрятавшегося от дождя и ветра, а представляли собой разветвлённую сеть туннелей, сделанных древними жителями, населявшими эти холмы многие тысячи лет назад. Подобные старинные сооружения нередки на территории Островов – их использовали и современники-фермеры в качестве хранилищ фуража, или загоняя скот на зиму в «полые холмы». Старинная кладка стен, кромешная темнота в глубине ходов. Частью туннели были завалены обрушенной породой. Большинство туннелей теперь оканчивались тупиком, но малая толика их, наверное, могла ещё вывести на белый свет. Или же на свет иной, в тот мир, где обитают счастливые:
«Велика равнина, много в ней мужей, краски блистают светлым торжеством. Серебряный поток, золотые одежды – все приветствует своим обилием. В прекрасную игру, самую радостную, они играют, вином опьяняясь, мужи и милые женщины, под листвою, без греха, без преступления... Лес дерев цветущих плодовых, среди них лоза виноградная, лес невянущий, без изъяна, с листьями цвета золота».

Костёр группа Тауруса развела глубоко в пещере, а по тому, что дым втягивало внутрь, стало понятно, пещера – часть тоннеля, имеющего выход где-то за холмами. Пройдя напрямик, они нагонят основную часть отряда – да, может быть, и опередят Дёрана сотоварищи. Воины хотели идти, возбуждённые удачным набегом на чужой лагерь. Предводитель приказал отдыхать, несмотря на царящее напряжение и волнение. Сам Фэрганем прилёг возле костра на разостланную овечью шкуру. Он спал на боку, подложив руки под голову, его лицо, разгладившееся и ясное, было безмятежно. Оранжевые блики от огня скользили по лёгкому лакированному, уже потрескавшемуся кожаному доспеху предводителя, особенно тёмно багровела не оттёртая застывшая кровь на них. Несколько наёмников Гилливрэя Росса расселись кучкой, грелись друг от друга, шептались, бросая недоверчивые, слегка испуганные взгляды в сторону входа – неровен час…
– Сумасшедший, ты нас погубишь, подведёшь! – зло цедила Лаурина во сне. – Больной выродок, лучше я сама тебя зарублю, чем доставлять хлопоты Миддию!
Лицо её осунулось, резче очертился подборок, всегда аккуратно начищенные бляхи амуниции и серебряные пряжки горели, в них отражался огонь. А здоровяк, казалось, доволен собой чертовски – слегка улыбается, не тревожат его полученные раны. Дышал Сефиро глубоко и шумно, словно конь. Ощутимо вздымался его дубовый нагрудник. Парень пребывал «на взводе»: хоть сейчас рванёт в бой и утыкается стрелами, как иголками ёж… Он пристально глядел на костёр и на спящего вождя, изредка поглядывал и на сердитую красавицу Лаури, разметавшуюся во сне и что-то бормочущую. Сурово, с изумлением человека, который ощущал за собой неимоверную силу, громила вдруг воскликнул:
– Кьяран!!! 

Отблески костра привлекли из леса… старую ведьму. Старуха вошла, согбенная,  грязная, худая, с лихорадочно горящими белками выпученных глаз, бочком направилась прямо к огню. Словно от каменных сырых стен холод, так исходила странная болезненная жажда от старухи. Женщина была страшна: истончившаяся сухая кожа, худые конечности, гнилые ногти и язвы на ногах. Притягивали взгляд её безбровое лицо, крючковатый «птичий» нос, большая круглая голова и вздувшиеся вены, проглядывающие сквозь редкие седые волосы… Ёжась, она села рядом с лекарем и пышущей жаром тушей юного Сефиро. Миддий осмотрел и обработал старухе язвы и перевязал, виноватым взглядом поймал расширившиеся в ужасе глаза Иуэль, покачал головой.

«Проклятая дева», «Чумная тварь», «Проказа»… как только горожане не обращались к ней, побаиваясь и не решаясь подойти. Старуха остро нуждалась в защите и безошибочной интуицией энергетического вампира выбрала покровителя – такого же увечного, но в этом человеке, болезненная дремлющая, ощущалась Великая Сила…

Её не зарубили, не связали и не бросили в угол как мерзкую тварь, а накормили хлебом из смеси пшеницы и ржи и напоили ячменным пивом из командирской фляжки внезапно проснувшегося Тауруса.

Фэрганем моментально оценил ситуацию: изгнанница, она как никто другой знала здешние подземные ходы. Судьба им благоволит!
 
Ощущение незримого присутствия потусторонних сил не позволяло наёмникам расслабиться. «Чумная тварь» напустит страшную болезнь, и они сгниют заживо в этой пещере! Они прикончили бы её, брезгливо выбросив, – что Лаурина, что другие, – но приказ главаря катхи был крепче позывов отвращения.

Ведьма подняла голову, убрала грязные скатанные седые волосы от лица. Пожалуй, общество лекаря и молодого гиганта нравилось ей. Сефиро не боялся никого и ничего, был выше, сильней страха, как и сам Таурус. Ведьма улыбнулась широко и зловеще, явив кривые верхние зубы, белые клыки. По-прежнему бледным было её круглое помятое лицо, причём эта бледность являлась природным свойством кожи женщины. Уродливая, безродная страшила. Как она могла жить с такими данными? Ни шотландцы, ни ирландцы, ни даже мерзкие англосаксы не принимали женщину в семью, если она не нравилась их родителям.

Расправив разорванные длинные оборки платья, старуха привстала и поползла, походя на паука. Прислонившись к могучей, словно каменной, тёплой спине Сефиро, не открывала глаза некоторое время. Она откуда-то знала, что этот огромный воин сейчас не оттолкнёт.
– Возьму сполна женщина! – угрожающе произнёс Сефиро, положив клеймор, обёрнутый в шкуру, себе на колени.
Болезненная старуха тоненько хихикнула.

Лаурина брезгливо скривилась, отвернулась и, сплюнув далеко в темноту пещеры, негодующе вздохнула. Она бы собственноручно прирезала это страшное и мерзкое чучело в лохмотьях, если бы вдруг Фэрганем Таурус так за неё не уцепился. А необузданного переростка с «повёрнутыми» мозгами… трудно сказать, разок-другой врезала бы в челюсть с размаха, с плеча, за тот необдуманный поступок в лагере врага, когда он выскочил без команды...
god odin 2Ни грозы, ни дождя, а ночь прошла в беспокойстве. Миддий, Лаурина и другие воины просыпались несколько раз, оглядываясь и прислушиваясь к звукам ночных птиц, стрекотанию сверчков. Чиркали кремнем, зажигали сальный фитиль чарага и осматривали своих: не пропал ли кто, не начал гнить от чумы… Таурус, перевернувшись на спину, тихо сопел. Признаться, раздражала его невозмутимость, пугала. Ведьма лежала, упокоив голову на животе гиганта, а сам он будто бы помер. Но стоило нависнуть над ним, как Сефиро открывал глаза и глухо бормотал невесть что. Так ведь и Таурус разговаривал во сне! Говорил ровно и умиротворённо:
– Светлячки… они повсюду, и мы с ними, они – в нас! ОНИ приведут нас к цели, помогут дожить…

В темноте пещеры, едва слышимые, шорохи, писклявые слабые голоса, звали кого-то. Старуха ведьма приподнялась на скрюченных локтях, повозилась над чьим-то мешком, поворошила чужое имущество, поползла туда, откуда доносился писк. Маленькие головастые уродцы ждали её, старшую, почитаемую несчастными крохами как мать. Она-то начала стареть поздно, в самом начале замужества, а эти были совсем беспомощные, обречённые умереть от старости двенадцати лет от роду.

Но ушла ведьма совсем недалеко. Путь ей преградил воин, обокраденный хозяин вещмешка – не так-то легко застать врасплох «белого горностая»! Старуха поспешила вернуться обратно и покорно легла.

Утренние бледно-синие лучи пробивались в пещеру, лесными призраками они гуляли по земле. Поднявшись, Миддий растёр свои отёкшие толстые ноги, потопал ими, размялся. С виду он был неуклюж и глуп, но когда брался за лечение, преображался. Ловко, почти незаметно двигались его руки, а сам он суетился, будто пчела: перевязывал раны и приговаривал тарабарские лекарские заклинания.

Лекарь окинул взглядом спящих – воинов, юного подопечного мечника, страшилу-ведьму, неторопливо побрёл к выходу из пещеры. С озера тянуло свежестью, утренние травы благоухали. Миддий сел на плоский камень у самого зева приютившей их пещеры, скрестил ноги. Постепенно его сердечный ритм успокоился, появилось ощущение лёгкости, единения с природой. Он был камнем, чёрным валуном, рождённым землёй в глубокой древности, он вспоминал, что звёзды в небесах тогда были другими.  Постепенно, век за веком мелькали, не оставляя воспоминаний, сменялись эпохи, ближе придвигался противоположный берег этого озера, что раскинулось глянцевой лентой прямо внизу, у подножия холма.

Ранения Сефиро заживали с нечеловеческой скоростью, как на Куланновом псе. Прошла всего ночь, но дыры от стрел закрылись, оставив шрамы. Пропала нужда в перевязке. Закинув меч на плечо, громила бодро пошёл за Таурусом. Ведьма следовала за ними, а что ей оставалось? – в любую минуту Лаурина могла зарубить – с такой ненавистью взглядом сверлила затылок несчастной, постоянно держа руку на рукояти клинка.

Наёмники двигались неустанно по каменным туннелям, блуждали во тьме ярко-оранжево-жёлтые огни факелов и сального чарага, несомого ведьмой. Таурус двигался без остановки, ползком, боком. Он готов был поспорить, что стёр себе в кровь локти, плечи, колени, набил шишки на голове, вымотался вести отряд по катакомбам до такой степени, что вот-вот упал бы замертво. Внезапно Миддий остановился, попросил посветить – тоннель закончился колодцем...

Сверху тянулись пеньковые канаты, пропадали в темноте внизу. Таурус сбросил факел – свет на глубине замерцал и погас. Донёсся всплеск, значит, факел погас, не долетев до дна; и неизвестно, сколько там воды, на дне. Миддий что-то отковыривал со стены. Подле него, подставив корзинку, стояла верная Иуэль.

Лекарь подозвал Фэрганема Тауруса, продемонстрировал блеснувший жёлтый камешек. Воины, оказавшиеся поблизости, застыли в изумлении: ЗОЛОТО!!!
 
Они, торопясь, вылезли на бугристую поверхность холма, поросшую вереском вперемешку с мелкой и острой травой, тёмно-коричневой точно кожура каштана. Повсюду лежал засохший птичий помёт. Радостные до безумия, воины не могли надышаться свежим ветром, как спасённые замурованные смертники, двигались живо, точно до этого находились в каменном мешке в бездействии целую вечность. Говорили и даже плясали неистово! Обыкновенно сдержанные в эмоциях, горцы не прятали улыбающиеся лица.

Их было два десятка человек, считая Тауруса и Сефиро за троих. Женщины в расчёт не шли. У каждого – полные пазухи жёлтых кристаллов, насечённых по указке Миддия. Вот так везение! Правду филиды бают, жилища драконов – золота полны…

Собственно говоря, драконов на своём веку ещё не видал никто из присутствующих, но этими зверьми сейчас ощутимо попахивало.

За огромными камнями находилась глубокая пробоина, заваленная соломой и спудом из толстых шкур. Торчал дымоход, из него тихо выходил едкий дымок. Но не то изумило отряд, а множество бочек, привязанных к незамысловатым устройствам из дерева и светлой материи. «Крылатые змеи», похожие на большие стрелы для римской катапульты, разложенные вдоль скального выступа на вершине холма, приковали внимание воинов. Привязанные к кольям, эти «деревянные птицы» готовились сослужить великую службу, за которую любой король посвятил бы простолюдина в рыцари и вознаградил наследственными привилегиями. Зачем здесь этот странный арсенал?

Таурус расхаживал вокруг, осматривался. Где хозяин этого оружия и против кого оно? Миддий тем временем возился у чадящего серными испарениями чужого очага. Цокал языком, качал головой. Сефиро и ведьма, которую тоже вытащили на поверхность, сидели тут же, у корзины, полной таких же точно кусочков кристаллической породы.
– Эй! – наконец не выдержал Фэрганем. – Выходи сюда, не прячься! Кто ты?

В двух шагах от Тауруса поднялся пласт дёрна, из-под земли восстала фигура. Немолодой, но и не старый крепыш, обросший бородой, усатый, длинноволосый, вооружённый топором с длинной рукоятью. Мужчина недоверчиво приблизился к вождю «горностаев» и медленно провёл рукой по волосам, смахнув крошки дёрна.
– Меня звали Сарих, доблестный воин! Мой отец плотник из клахана Кэррик близ Бэлдуна. Кто вы? Как меня выследили? Я умею сражаться и не сдамся живым!
– Мы здесь случайно, а направляемся далеко отсюда – сказал Фэрганем. – Почему ты прячешься, Сарих? Если честен, идём с нами!
– Сколько фунтов твоя есть белая соль, молодец? – задал вопрос подбежавший взволнованный лекарь.

Сарих покосился на толстяка Миддия, но решил, что этот безоружный нескладный человек не опасен.
– Я насобирал довольно, чтобы зажечь город! – заявил Сарих гордо и злорадно.
– А для чего ты намерен губить своих земляков, дружище? – поинтересовались подтянувшиеся воины. Ненависти шотландца к родичам нужны веские причины!
– Я должен отмстить. – Сарих сжал губы. – Мою невесту горожане сбросили со скалы на камни, обвинив в смертных грехах. На самом деле она не виновна! Лэрд – профос беззаконно хотел её благосклонности… Несси ударила. Теперь я сожгу Бэлдун!
– Откуда же тебе, сыну деревенского плотника, знакома алхимия? – чувствовалось, Таурус насторожен и заинтригован.
– Я умею читать. – Заявил тот. – В юности меня обучили францисканцы. Однажды я нашёл у монаха, одного из последователей Иоанна Дунс Скота, манускрипт, в котором описывалась мадфаа.
– О! – воскликнул Миддий. – Этот юнош должен нада иди с нами! Такой нада для моя дела помогай! Очень-очень помогай!
« Start  Prev   1   2   3   Next   End   »
(Page 2 of 3)

Additional Info

  • Перепечатка: Перепечатка материалов разрешена. Ссылка на газету и сайт обязательна. Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.
Виктор Власов: Под стопой Одина - 5.0 out of 5 based on 8 votes
Виктор Власов

Виктор Власов

Виктор Витальевич Власов
Житель Омска, 25 лет.
Окончил Московский Институт Иностранных Языков (Омский филиал). Являюсь участником редколлегии современного журнала независимой литературы “Вольный лист”. Член Союза Писателей XXI век Председатель правления Всемирной Корпорации Писателей омского отделения.
Публиковался во многих литературных журналах.
Подробнее

Нас читает вся планета:

We have 1699 guests online

Популярное: Эксклюзивные Публикации

  • Мой сарказм на их наркодилерство
    Мой сарказм на их наркодилерство Действительно, откуда на территории посольства такой страны, как Россия, гора чемоданов с наркотиками, учитывая, что…
    Мой сарказм на их наркодилерство - 5.0 out of 5 based on 26 votes
    Read 2872 times Read more...
  • Артур Гинзбург: Устами младенца
    Артур Гинзбург: Устами младенца Ему было то всего шесть лет, а он уже читал. И не просто читал, а…
    Артур Гинзбург: Устами младенца - 4.9 out of 5 based on 30 votes
    Read 3942 times Read more...
  • СОВОК - ЖЕСТСКИЙ ДИАГНОЗ
    СОВОК - ЖЕСТСКИЙ ДИАГНОЗ Я рассуждаю, как наблюдатель, привыкший предавать анализу всё то, что через меня проносит время и…
    СОВОК - ЖЕСТСКИЙ ДИАГНОЗ - 4.8 out of 5 based on 40 votes
    Read 3127 times Read more...
  • Я и сегодня
    Я и сегодня Я и сегодня не отвык От нас съедающих проблем, И заплетается язык От самых свежих…
    Я и сегодня - 4.9 out of 5 based on 18 votes
    Read 3204 times Read more...
  • Кругом то...
    Кругом то... Кругом то ветры, то потопы и снега У нас же тыщу лет погода не менялась,…
    Кругом то... - 5.0 out of 5 based on 18 votes
    Read 3514 times Read more...
  • НЕБЛАГОДАРНАЯ & «ВЫСОКО ДУХОВНАЯ» РОССИЯ
    НЕБЛАГОДАРНАЯ & «ВЫСОКО ДУХОВНАЯ» РОССИЯ Россия сегодня - это отвратный выкидыш эпохи коммунизма, постоянно мутирующий, который мечется между формами нацхристианского…
    НЕБЛАГОДАРНАЯ & «ВЫСОКО ДУХОВНАЯ» РОССИЯ - 4.8 out of 5 based on 108 votes
    Read 9238 times Read more...
  • Апрель
    Апрель Мне вчера шептал апрель, Ветерком шумя, Что весеняя капель – Это лишь игра. Что купается…
    Апрель - 5.0 out of 5 based on 21 votes
    Read 3529 times Read more...
  • «Челюскин» без покрова тайн
    «Челюскин» без покрова тайн В феврале 1934 года затонул пароход «Челюскин», раздавленный льдами в Чукотском море. Один человек погиб,…
    «Челюскин» без покрова тайн - 5.0 out of 5 based on 5 votes
    Read 2742 times Read more...
  • Наверное я вернусь
    Наверное я вернусь Наверное я вернусь, Когда совсем устанешь ждать, И, молча глядя за окно, Меня в толпе…
    Наверное я вернусь - 5.0 out of 5 based on 26 votes
    Read 3473 times Read more...
  • Мне 100 лет
    Мне 100 лет Уверен , что - В программу средних школ Войдут моих глаголов режущие рифмы.
    Мне 100 лет - 5.0 out of 5 based on 39 votes
    Read 3778 times Read more...
  • Артур Гинзбург: ЗАПРЕЩЕННАЯ ПРАВДА
    Артур Гинзбург: ЗАПРЕЩЕННАЯ ПРАВДА се, что будет изложено далее, основано на рассекреченных документах, рассказах очевидцев, аналитических заключениях и не…
    Артур Гинзбург: ЗАПРЕЩЕННАЯ ПРАВДА - 4.8 out of 5 based on 220 votes
    Read 27736 times Read more...
  • Зависть
    Зависть Когда вам зависть застилает взор,И доллар цветом шьёт обманчивый узор,Спросите у меня, что стоит этот…
    Зависть - 5.0 out of 5 based on 40 votes
    Read 9031 times Read more...
  • Правдивая Ужаска
    Правдивая Ужаска А в Белокаменной срок наступает,Племя быков подрулило на слёт:«Электорат на рога налегает!Чем бы закрыть им…
    Правдивая Ужаска - 5.0 out of 5 based on 36 votes
    Read 4963 times Read more...
  • Антон - Глава 4. ЛЕТАТЬ... ЛЕТАТЬ...
    Антон - Глава 4. ЛЕТАТЬ... ЛЕТАТЬ... - А-а-н-н-то-о-о-н-н! - гулкое эхо в полной тьме.- А-а-н-н-то-о-о-н-н! - звенело колоколом имя в его…
    Антон - Глава 4. ЛЕТАТЬ... ЛЕТАТЬ... - 5.0 out of 5 based on 30 votes
    Read 4412 times Read more...
  • КАК НАЙТИ ПЛОЩАДЬ ЛЕНИНА?
    КАК НАЙТИ ПЛОЩАДЬ ЛЕНИНА? Все анекдоты - ничто иное, как истории из жизни людей. Со мной приключались такие истории,…
    КАК НАЙТИ ПЛОЩАДЬ ЛЕНИНА? - 5.0 out of 5 based on 20 votes
    Read 5422 times Read more...

Популярное: Молодые писатели

Немножко Юмора

Из Блогов

  • Юмор. и новенькое... и старое
    Я ненавижу тех, кто корчит из себя культурных людей, разговаривая о Моцарте, при этом даже не видевших ни одной из…
    Read 790 times Read more...
  • КАК ЖИВЕТ ЗЕЛЕНСКИЙ И СКОЛЬКО ОН ЗАРАБАТЫВАЛ ДО ТОГО, КАК СТАТЬ ПРЕЗИДЕНТОМ
    КАК ЖИВЕТ ЗЕЛЕНСКИЙ И СКОЛЬКО ОН ЗАРАБАТЫВАЛ ДО ТОГО, КАК СТАТЬ ПРЕЗИДЕНТОМ Владимир Зеленский – 6-й Президент Украины, самый молодой по возрасту вступления в должность и биологическому возрасту. Ранее получил широкую известность…
    КАК ЖИВЕТ ЗЕЛЕНСКИЙ И СКОЛЬКО ОН ЗАРАБАТЫВАЛ ДО ТОГО, КАК СТАТЬ ПРЕЗИДЕНТОМ - 5.0 out of 5 based on 1 vote
    Read 2039 times Read more...
  • Турист из Израиля описывает ужасы поездки в Москву.
    Страшная поездка в МосквуУ каждого есть по крайней мере одна поездка, которую он никогда не забудет. И не потому, что…
    Турист из Израиля описывает ужасы поездки в Москву. - 2.7 out of 5 based on 3 votes
    Read 556 times Read more...
  • 12 знаковых цитат великого актера Аль Пачино
    25 апреля, праздновал свое 79-летие Аль Пачино, мощный актер и мужчина с большой буквы. Он стал олицетворением мужественности и секс-символом…
    12 знаковых цитат великого актера Аль Пачино - 5.0 out of 5 based on 3 votes
    Read 5491 times Read more...
  • Дети Пугачёвой. 2019
    Двойняшки Гарри и Лиза Галкины празднуют свой первый юбилей. Первая пятилетка прошла насыщенно. Десятки тысяч подписчиков в инстаграме и всенародная…
    Дети Пугачёвой. 2019 - 5.0 out of 5 based on 1 vote
    Read 844 times Read more...
  • Горстка смешных высказываний и фраз
    Горстка смешных высказываний и фраз Грешившие россияне после смерти попадут снова в Россию. Жизнь нужно прожить так, чтобы об этом знал Google....и не знал YouTube.…
    Горстка смешных высказываний и фраз - 4.1 out of 5 based on 10 votes
    Read 7750 times Read more...
  • Марк Зальцберг. "Мы потеряли страну"
    Марк Зальцберг. Вспомните, читатель, из прошлой российской истории как в XIX веке революционеры-террористы охотились на высших государственных чиновников и на царя. Они…
    Марк Зальцберг. "Мы потеряли страну" - 4.4 out of 5 based on 7 votes
    Read 3527 times Read more...
  • МЫ И ТРАМП - Обращение к нашей русскоговорящей эмиграции
    Не могу молчать, ибо такое отношение чревато - поражение трамповского правительства и трамповской политики означало бы гибель нашей цивилизации. Она…
    МЫ И ТРАМП - Обращение к нашей русскоговорящей эмиграции - 4.3 out of 5 based on 9 votes
    Read 2574 times Read more...
  • ПУТИН — величайший человек современности
    ПУТИН — величайший человек современности Признаюсь, что до 2014 года я не понимал всего величия этой глыбы, этого  мирового лидера и отца нации. То, что…
    ПУТИН — величайший человек современности - 5.0 out of 5 based on 3 votes
    Read 2933 times Read more...
  • Посмейтесь, мы жили в то время!!!
    Девиз колхозников: «Блеснем своими яйцами на мировом рынке!» Девиз лесников: «Дадим дуба раньше срока!» Девиз в поликлинике: «Курящая женщина кончает…
    Посмейтесь, мы жили в то время!!! - 2.9 out of 5 based on 10 votes
    Read 9175 times Read more...
  • Пушкин, аля Путин
    Пушкин, аля Путин - 4.2 out of 5 based on 5 votes
    Read 2041 times Read more...
  • Аркадий Красильщиков: ОСТАНОВИВ ТРАМПА, ОСТАНОВЯТ АМЕРИКУ
    Дорогие русскоговорящие демократы, республиканцы, либертeрианцы и независимые.  Все мы приехали в капиталистическую процветающую Америку и стали ее частью.  Все мы…
    Аркадий Красильщиков: ОСТАНОВИВ ТРАМПА, ОСТАНОВЯТ АМЕРИКУ - 3.7 out of 5 based on 3 votes
    Read 1741 times Read more...
  • Щепотка новых еврейских анекдотов
    Рабинович встретил путану, которая пообещала сделать всё, что он пожелает, за 50 баксов. А теперь угадайте, у кого только что…
    Щепотка новых еврейских анекдотов - 3.0 out of 5 based on 20 votes
    Read 17755 times Read more...
  • Взрослая жизнь в мимике младенца
    В этих жестах и мимике вся наша взрослая жизнь. Сказать, что вы не улыбнетесь - это сказать ничего. Мне лично…
    Взрослая жизнь в мимике младенца - 3.5 out of 5 based on 4 votes
    Read 5269 times Read more...
  • Фразы с сарказмом и юмором
    Фразы с сарказмом и юмором Каждый муж недоволен тем, как тратит деньги его жена и правительство. Разница только в том, что он не боится открыто…
    Фразы с сарказмом и юмором - 4.4 out of 5 based on 15 votes
    Read 44392 times Read more...
  • Ду ю спик инглиш?
    Ду ю спик инглиш? Говорят, что у нас в Америке полиция чуть-что начинает стрелять. Я не согласен. И вот почему. У меня есть друг…
    Ду ю спик инглиш? - 4.7 out of 5 based on 6 votes
    Read 4294 times Read more...
  • ВЕСЕЛО ОБ АНТИСЕМИТИЗМЕ
    ВЕСЕЛО ОБ АНТИСЕМИТИЗМЕ В разгар борьбы с «космополитизмом» Поль Робсон привез в Москву свой концерт, в который включил английские, негритянские и еврейские песни.…
    ВЕСЕЛО ОБ АНТИСЕМИТИЗМЕ - 4.5 out of 5 based on 6 votes
    Read 4666 times Read more...
  • 8 прогнозов на 2018 год от человека, предсказавшего «Брексит» и победу Трампа.
    Как утверждает человек, предсказавший победу в президентской гонке Дональда Трампа и то, что Великобритания покинет Европейский Союз, 2018 год будет…
    8 прогнозов на 2018 год от человека, предсказавшего «Брексит» и победу Трампа. - 5.0 out of 5 based on 3 votes
    Read 3425 times Read more...
  • 52 анекдота из Одессы в картинках
    Одесситы – уникальный народ. Их юмор точно не спутаешь ни с каким другим. И сколько бы раз не слышал одесские…
    52 анекдота из Одессы в картинках - 3.9 out of 5 based on 22 votes
    Read 21624 times Read more...
  • Полезная информация о воде с лимоном
    Полезная информация о воде с лимоном Коллеги! Полезная информация! Мне прислали из Израиля. Доктора призывают каждого человека, получающего эту информацию, отправить его десяти людям, и, по…
    Полезная информация о воде с лимоном - 4.3 out of 5 based on 12 votes
    Read 9885 times Read more...

Самое читаемое

Стыдно быть русским...

Для нас Путин - герой, собиратель земель Русских! Нам и в голову не придет, что Владимир Владимирович затеял войну в Крыму для того, чтобы мы никогда больше не задумывались о том сколько он украл!

Мудрые слова и не...

Когда долго любишь - это перестают замечать. Когда долго прощаешь - этим начинают пользоваться. Когда готов на все - просто перестают ценить. И только, когда уходишь, - начинают понимать, как дорог был человек, которого вернуть уже поздно...

Умные мысли, мудрые...

Умение выразить свои мысли не менее важно, чем сами эти мысли, ибо у большинства людей есть слух, который надлежит усладить, и только у немногих – разум, способный судить о сказанном. Филипп Честерфилд

Почерк и характер

Почерк. Или еще один способ определить характер 

Хочешь узнать характер интересующего тебя человека – присмотрись к его почерку… Существует такая занимательная наука, как графология.

10 русских слов с...

Говоря на языке, мы редко задумываемся о том, как слова, которые мы используем, возникли, и как их значения могли измениться со временем. Этимология — так называется наука об истории лексики и происхождении слов.

Стерномантия: Форма...

Волнующие формы женской груди из покон веков сводят с ума мужчин, зажигая в груди огонь и туманя голову, результатом чего является закономерный поворот их жизни на путь беспрекословного поклонения прекрасному.

Забытый "чёрный...

Впервые легенду о Володе-снайпере, или как его еще называли - Якуте я услышал в 95-м. Рассказывали её на разные лады, вместе с легендами о Вечном Танке, девочке-Смерти и прочим армейским фольклором.