Home » Артур Гинзбург » Рассказы приятеля » СПИЧКИ - ТВЁРДАЯ ВАЛЮТА

СПИЧКИ - ТВЁРДАЯ ВАЛЮТА

СПИЧКИ - ТВЁРДАЯ ВАЛЮТА СПИЧКИ - ТВЁРДАЯ ВАЛЮТА match-hard-currency

Паровозный гудок крикнул двумя нотами «Ту-у, ту-у!». parovozДлинный червяк вагонов скорого поезда «Москва-Магадан» остановился у перрона Казанского вокзала, издавая металлический бой сцепок, колёс и свист тормозных колодок.
- Ма-аскувскае вримя: семь чи-исуф трицать ми-инут, - напугали голубей колокола громкоговорителей по всему вокзалу противным голосом тётки, непрерывно акающем во время объявлений и не делающем пауз между словами.

- А-абивляица па-асатка на скурый пуест Ма-асква-Мыга-адан, - продолжал резать слух голос тётки.
Несмотря на раннее утро, жизнь на вокзале отрицала этот факт. Она здесь бурлила, как большой муравейник или московский ГУМ в полдень. Крики носильщиков, толкотня пассажиров. То тут, то там мелькали белые кители милиционеров с красными околышками форменных фуражек. Они следили за порядком суеты вокзальной жизни.


- Дама! Ну что же вы давите мне на зад? - слышалось в толчие у седьмого вагона «скорого».
- Больно нужен мне ваш зад! - возражала дама.
- Нет! Ну, вы же опять давите! - не успокаивалась женщина пониже и потолще дамы.
- Граждане! Давайте дисциплинированно, - призывал всех к порядку проводник. - Что же вы все так разгорячились?
- Профессор! Ты куда лезешь? - доносилось из гущи.
- Я не профессор! - возражал невидимый пассажир.
- А чё шляпу-то напялил?


Голоса сливались в единый гул как на птичьем базаре.
- Макар! Сюда… вот седьмой! - присоединился к толпе у вагона худощавый высокий парень в светлых брюках и белой рубашке. Держа одной рукой чемодан, одетый в тканный чехол, другой рукой он размахивал над своей русой головой картонками билетов, пытаясь грудью разрезать слиток толпы у вагона.


- Генка! Не спеши… Пусть всё уляжется… - подошёл к нему Макар с таким же, как у Генки чемоданом в чехле. Макар поставил его на перрон, вытащил из кармана широких парусиновых брюк пачку папирос «Казбек», вынул одну, постукал ею по крышке коробки, потом дунул в гильзу папиросы и смял её двумя пальцами и зубами так, что та стала гармошкой. Из другого кармана Макар извлёк коробок спичек. Этикетка коробка изображала яркую красную розу, а в коробке красиво лежали ровные деревянные спички с радикально-розовыми головками серы. Макар вынул спичку, чиркнул, поднёс пламя к торчащей изо рта папиросе и пыхнул два раза, как паровоз. Всё выглядело как ритуал. И, когда Макар доставал папиросы и закуривал, он не слышал гула народа и не обращал внимания на окружающих.


- Макар! Ну чё ты закурил?
- Успеем! - расслаблялся Макар. Он поставил правую ногу на свой чемодан и левой рукой похлопал Генку по плечу: - Отдыхай, Ген! Тем более, наших ещё нет… Успеем!!!
- Вот ты спокойный… Я тебе завидую, - говорил Генка, мостясь на угол собственного чемодана.
-  А почему нужно нервничать? - не понимал друга Макар.
- Пытерялся мальчик! - перекрикивала вокзальный гул тётка из громкоговорителей. - Скука лет, скука лет?! - накрывал её шёпот со свистом микрофона все перроны и продолжал: - Сырака шисти лет… - последовала заминка, в колоколах слышался спор, а затем строгий голос той же тётки предупредительно объявил: - Ника-алай! Вас ждют Га-алина в би-иру на-ахудок…


Пассажиры и провожающие, а также другой народ потихоньку рассосались. На перроне стало спокойнее.
- Слава Богу!.. Бегут! - вскочил с чемодана Генка.
- Ой!.. Мы решили на метро… Ну, и не расчитали… Вот, Серёжка, говорила - давай такси возьмём?.. Нет! «На метро, на метро…» - тараторила Генке и Макару Света, девица, подбежавшая к седьмому вагону в сопровождение Серёжки и Виктора.
- Светка! Угомонись! - умолял Серёжа.
- Нет! Ну, я не права? - трясла Светка ручкой перед Макаром и Генкой. - Ещё чуть - и опоздали бы!.. И этот, - указала она на Виктора, - «Светка, не спорь! Светка, не надо…» Вот, никогда меня не слушаете…
- Ребята! Ну, чё вы ругаетесь? Этот курит, эти ругаются… - опять стал нервничать Генка. Он всегда переживал, что не успеет. Неважно было, куда и зачем, неважно было, что он всё же успевает: волнение от того, что он не успеет, его просто не покидало. - Ребята! Опоздаем!..
И ребята громко взорвались смехом…


- Ну?! Вы заходите? - обратился к группе друзей проводник седьмого вагона. - Билетики! Кто едет? Кто провожает?
- Все едем ! - пропел ему в ответ студенческий хор.
Светка забрала у Гены билеты и вместе с остальными протянула их проводнику.
- Значит, все до конечной, до Магадана? - поглаживал усы вагоновожатый.
- Давай, давай, батя! Провожай! - стал подгонять проводника Сергей, и пятёрка исчезла в вагоне.
Небольшие группки провожающих давали напутствия отъезжающим. Милиционеры в белых одеждах продолжали следить за порядком. Стайки грузчиков с тележками подсчитывали барыши, а кто закончил подсчёт, отплёвывался семечками или спешил к другим поездам, приходящим или отходящим. Клубы паравозного дыма поднимались, рассеиваясь над перроном. Отряды голубей кружили над Казанским, иногда уносясь высоко в московское небо, превращаясь в точки. Летнее утро наполняло дыханием город.

Поезд мчал друзей в далёкий Магадан, откуда им ещё предстояло добраться до посёлка Весёлый, где жили золотодобытчики приисков. Восемь суток трястись в поезде? Сегодня это удивляет. Но ведь были времена, когда от Москвы до Нерченска можно было добраться не быстрее, чем за два месяца. И если бы вы сказали москвичу восемнадцатого или девятнадцатого веков, что это расстояние можно перекрыть, ну, хотя бы за пять дней, вас бы приняли за сумасшедших.
«Век скоростей» - называли свою эпоху жители шестидесятых годов. «Век скоростей» - называем мы сегодняшний день. Не пройдёт и пятидесяти лет, как над нашей наивностью будет смеяться будущее, приговаривая: «Их летательные аппараты плыли в космосе как черепахи, делая всего двадцать километров в секунду»! Человек всегда наивно полагает, что именно сегодня наука и цивилизация достигли невероятного  развития. А я уверен, что завтра новое поколение компьютеров будет умещаться в спичечной головке,  а вот спички - так и будут выглядеть, как и двести, и триста лет назад.


Но вернёмся в седьмой вагон, где наши друзья вели бурное общение, сопровождаемое традиционным чаепитием из тонких стаканов в подстаканниках под серебро, жарко споря, смеясь над шутками и розыгрышами, под стук колёс и пение пролетающих мимо окон разъездов и полустанций.
- Генка! А давай мы будем тебя называть кухаркой? - гремел Сергей. – Ты - единственный мужик в нашем стройотряде, кто умеет вкусно готовить.
- Ага! А ты, Света, моей помощницей будешь, - не сдавался долговязый Генка, который всегда говорил монотонно, нараспев,  даже когда нервничал.
- Нет, Генка! Ты не обижайся, и вообще, ребята, я вас кормить не буду. Я поехала работать, как все.
- Светочка, - свесился с верхней полки головой вниз Макар, - Ну, ты же слабый пол! Ну, зачем тебе кирпичи и цемент?
- Ой, ребята! Я такая счастливая, что поехала с вами. Это так романтично: тайга, стройотряд… Вот, американская молодёжь,- Светка говорила очень темпераментно, вкладывая чувство и энергию в свою речь, - Ведь они, бедные, понятия не имеют, что такое настоящая жизнь!
- Да-а-а!!! - поддерживал её Виктор. – Им-то социализм негде строить… А у нас - пожалуйста: хочешь - в тайге, хочешь - в тундре, а хочешь - в пустыне Кара-Кум!!!
Громкий хор смеха вновь и вновь разносился по вагону.
- Граждане! - обратился зашедший в купе проводник. – Ну, что ж вы так громко разволновались? Ну, будьте дисциплинированными пассажирами… Ну, не тревожьте соседей!
- Батя! Дай-ка нам ещё чайку! И посмотри, какой день чудесный! Жизнь прекрасна! - успокаивал Сергей расстроенного шумом проводника. - А ночью, клянусь, будет тихо…
- Да! Да! Да! Обещаем, - дружно гомонило купе.
- Ох! Молодёжь!.. - заулыбался проводник, погладив указательным пальцем свои пышные чёрные усы, и подмигнул Светке, которая, поймав его взгляд и подмигивание, с удовольствием прыснула смехом.


Светке было двадцать лет, как и Макару, Генке, Виктору, Сергею. Она была маленькой и очень симпатичной девицей с необыкновенно живыми голубыми глазами. Друзья любили её, потому что она была настоящим «парнем»: ей доверялись секреты и любовные тайны и переживания, с нею можно было поспорить и пошутить, с нею, в конце концов, можно было зайти в пивную и поговорить о сопромате за кружкой пива с воблой. Все друзья учились на третьем курсе московского Политеха.
Через пять минут купе гремело ложками о стаканы, продолжая шутить, громко смеясь, и пить вкусный - потому что в поездах тех лет был изумительно вкусный! - чай.

« Start  Prev   1   2   3   Next   End   »
(Page 1 of 3)
СПИЧКИ - ТВЁРДАЯ ВАЛЮТА - 5.0 out of 5 based on 23 votes
Arthur Ginsburg

Arthur Ginsburg

Артур Гинзбург родился в 1957 году 31 октября. В 1976 году окончил школу военных корреспондентов В 1989 году защитил диплом с учёной степенью магистра архитектуры в Ростовском Архитектурном институте. Возглавлял межбанковское объединение «Менатеп» по Югу России.

Читать далее...

Related items (by tag)

Газета «Русский Дом» (Russian House) - информационно-публицистическое издание в Штате Джорджия (Atlanta, Georgia). Наш адрес: 1185 Grimes Bridge Rd. Suite 200, Roswell, GA 30075
Phone: (770) 643-7997 Fax: (770) 643-7996

Guests

We have 902 guests online

Поиск по сайту

Самое читаемое

Читать, смотреть,...

Ларисой Герштейн записан альбом песен Булата Окуджавы в двух дисках на русском и на иврите "Две дороги", а также диск "Кончилось лето" с песнями В. Высоцкого, А. Галича и израильских авторов.

58 Мудрых и полезных...

Не откладывай свои планы, если на улице дождь, сильный ветер. Не отказывайся от мечты, если в тебя не верят люди. Нет недостижимых целей - есть высокий коэффициент лени, недостаток смекалки и запас отговорок.

Умные мысли, мудрые...

Умение выразить свои мысли не менее важно, чем сами эти мысли, ибо у большинства людей есть слух, который надлежит усладить, и только у немногих – разум, способный судить о сказанном. Филипп Честерфилд

Почерк и характер

Почерк. Или еще один способ определить характер 

Хочешь узнать характер интересующего тебя человека – присмотрись к его почерку… Существует такая занимательная наука, как графология.

А что Вы знаете про...

... что коэффициент смертности в Газе один из самых низких на планете, а коэффициент смертности младенческой (верный признак для определения уровня жизни) ниже, чем в Иране, Египте, Марокко, Турции и лишь чуть-чуть выше, чем в члене ЕС Румынии.

Стерномантия: Форма...

Волнующие формы женской груди из покон веков сводят с ума мужчин, зажигая в груди огонь и туманя голову, результатом чего является закономерный поворот их жизни на путь беспрекословного поклонения прекрасному.

Забытый "чёрный...

Впервые легенду о Володе-снайпере, или как его еще называли - Якуте я услышал в 95-м. Рассказывали её на разные лады, вместе с легендами о Вечном Танке, девочке-Смерти и прочим армейским фольклором.