Home » Артур Гинзбург » Проза » Антон » Антон - Глава 5. ЭТАП

Антон - Глава 5. ЭТАП

0 comments
Антон - Глава 5 Антон - Глава 5 ЭТАП
- Антоша! Это правда? - Алла Павловна была ошарашена новостью.
- К сожалению, - грустно констатировал факт Антон
- Почему завтра? Почему должны?...Что вообще произошло?
Антон молчал. Он поднялся, подошёл к столу, за которым на диванчике сидела обалдевшая женщина, присел на стул. То же сделала Ирина.

- Мамочка! - продолжала она плакать, - Его завтра должны посадить в тюрьму ни за что!
- Толком, толком объясните,- нервничала Алла Павловна.
Антон как мог коротко  рассказал  о происшедшем с ним.
- Сволочи! - воскликнула она, продолжая ещё не понимать всего, - Какие же они сволочи?!... Антоша. Надо же что то делать?!...
- Алла Павловна! Уже ничего сделать невозможно... Всё... Завтра  утром я иду сдаваться..
- А мама? Как же мама? Ты ей сообщил?
- Я не знаю как сказать ей об этом, но это нужно сделать сейчас.
- Хочешь?... Я с ней поговорю... - предлжила Алла Павловна.
- Нет! - отрезал Антон, - я должен это сделать сам.

Антон встал из-за стола и прошёл в комнату Ирины. По межгороду набрал рабочий телефон мамы.
 - Алло! - услышал Антон родной голос в трубке и ком подкатил к его горлу.
- Алло! Говорите...
- Мама! Это я! - спокойно сказал Антон, не смотря на волнение.
- Тошенька! Сыночек! Здравствуй родной! Как дела?...
- Мама!... У меня есть что тебе сообщить... - так же невозмутимым голосом продолжал Антон....
Но какой ребёнок  сможет обмануть серце матери.
- Тоша! У тебя что-то случилось? ...Опять? - угадала она.
- Да, мамочка!... Только умоляю не переживай....
- Я сейчас же вылетаю! - перебила  Антона мама.
- Мамуль! Послушай меня. Успокойся. Я уже всё предпринял. Акоп занимался этим делом.... Ничего изменить нельзя.... Ты можешь с ним  созвониться позже он будет знать, когда нужно приехать...
- Почему с ним? Ты что - сам не можешь сообщить?
- Мама! Всё очень глупо и нехорошо... Но завтра.... - он тянул паузу расчитывая, что так маме будет легче всё это пережить, - Завтра.... Я сажусь в тюрьму...

Антон услышал как вскрикнула мама, как она закрыла трубку рукой и заплакала, и как она продолжала говорить, дрожащим от волнения голосом, - Я немедленно вылетаю. От Адлера до Ростова всего два часа лёта...
- Нет мамочка. Я тебя умоляю ... Это ни к чему... Нет никакого смысла...

Они ещё минут десять говорили. Антон попращался с мамой передал всем родным приветы и положил трубку телефона....
Утром следующего дня Антон встал рано, да он и  не спал. А Ирина под утро провалилась в сон, и Антон не стал её будить. Он принял холодный душ, побрился, оделся и вышел на балкон. Легкий мороз щекотал нос, ветер поднимал клубы пыли и нёс куда-то кружа.
- Вот так, вместе с пылью, лететь бы подальше от всего...Или провалиться в неизвестность, - думал Антон, глядя на ворожбу ветра. А внутренний голос ему говорил:
- В неё то ты, друг и провалишься сегодня!.... Сегодня,... сегодня, ... сегодня, ... сегодня... - повторял он, как заезжанная пластинка.
Антон смотрел вокруг на серые дома, серые деревья, серую землю.
- Всё обесцветилось, - прошептал он вслух.
Открылась балконная дверь, и плеча Антона коснулась рука, повлекла за собой в комнату, и, войдя в неё, Антон оказался в объятиях Ирины.
Она целовала ... Жадно... Взъерошив волосы Антона, периодически повторяя:
- Нет!... Нет!... Нет!... Не хочу!...
Антон не мог произнести ничего...

В половине восьмого Алла Павловна, Ирина и Антон шли пешком к черте ,за которую должен был ступить Антон, и за которой их пути  разойдутся навсегда. Но сегодня об этом никто не знал. Наверное и мыслей таких ни у кого не было.
Капитан Крокин ждал Антона у входа в райотдел.
Все поздоровались.
- Готов? - спросил Крокин.
- Да, - сухо произнёс  Антон.
- Ну пошли...

Все оказались в здании, на первом этаже, где следователь дал кому -то распоряжение принять Антона и оформить в Камеру Предварительного Заключения. Процедура была неприятной, сопровождалась молчанием провожающих Антона. Кто-то в форме задавал  ему вопросы, что-то писал, а потом приказал пройти за металлическую решётку. В эту же секунду Ирина кинулась к Антону , повисла на его шее и обвила его туловище ногами, плача и крича: Не-е-ет!
Менты кинулись было разнять влюблённых, но Крокин их остановил.
Антон поставил Ирину на ноги, что-то шепча ей на ухо, но унять её рыдания не смог.
Он шагнул за решётку, которая захлопнулась следом  за ним, как мышеловка.
А потом всё как в кино ... Наручники, камера... Отпечатки пальцев, фото - фас, профиль... День в одиночке. Вечером  этап с пинками салаг, призванных на службу во внутренние войска. Короткий путь от камеры до воронка сопровождался ударами автоматов и травлей служебными собаками, и непониманием Антона за что? За что его так ненавидят эти сопляки, которые ничего о нём не знают и видят впервые? Откуда в этих юных головах столько злости и ненависти к людям, попавшим за черту, от которой нет панацеи? Неужели у них есть матери и любимые? Откуда они  и почему их так много?...
anton 5 etap
В темном воронке, набитом людьми, Антона перевезли в тюрьму на Кировском проспекте. Следственный изолятор распахнул свою страшную пасть и проглотил очередной этап.
Солдаты открыли двери воронка и со звериным криком стали выгонять заключённых во двор изолятора, где всем раздавали удары сапогами и автоматами передавая свой «товар» попкарям тюрьмы, которые в свою очередь не скупились на автографы своими дубинками, знакомясь с пополнением.
Всех загнали в душный отстойник, где уже находились ЗК , человек пятьдесят. Двери отстойника пришлось закрывать сдавливая тела людей как в автобусе... Все стояли, сидячих мест в этом транспорте не предусматривали. В углу этого темного цементного мешка без отдушины щедро пах большой бидон из под молока, наполненный челочеческими испражнениями. Гражданка «Параша»  в этих стенах имела различные облики, в том числе и такой.

Через два часа с грохотом и гомоном попкарей дверь камеры  впустила струю свежего и холодного воздуха.
- Жулики! - орал корпусной, - Выходи на шмон!... Я называю фамилию - отвечаете имя отчество ... и  вперёд - на шмон!!!
Лицо этого верзилы было невероятно счастливым. Видимо здесь , в этих стенах он становился личностью в собственных глазах. Неограниченная власть над любым из проходящих через его руки, воспаляла его больные мозги, зажигала огонь в безумно - туппых глазах. Здесь он и его коллеги дают волю своим комплексам, нагромождённым средой их произростания, геннами, взрощенными  и взлелеенными Советской Властью.

На обыске отметалось всё, кроме зубной щётки и мыла. Здесь ничего личного, кроме этих предметов, больше быть не может.
После обыска все арестанты выходили в коридор и ждали очередных команд  надсмострщиков.
- Лицом к стене!.. Руки за спину!... - не прекращали они истерику и периодически без разбору ходили длинными резиновыми дубинками по головам, спинам и ягодицам, стоящих лицами к стене.
Краснощёкий корпусной прохаживался с деревянной киянкой. Похоже это был атрибут  его власти, потому как нёс его корпусной так же гордо, как в своё время египетские фараоны  носили царственные жезлы.
- Товарищ.... - раздался чей-то голос у стены, тут же перекрытый свистом  дубинки.
Автор удара расхохотался:
- Что? Познакомился с дубиналом?... Какой я тебе товарищ?... Здесь нет товарищей - здесь одни начальники...

Антон так и не увидел кого наградили ударом. Его взгляд был упёрт во вспотевшую от сырости трубу на стене, плитку из голубого стекла и собственные туфли без  шнурков на ногах.
Началась перекличка, из подвала всех вывели на верхний этаж режимного корпуса  и стали паковать зэков по камерам .
Антон услышал свою фамилию, ответил как положено...
- Четыре - семь! - гаркнул корпусной, определив место жительства Антона на болижайшее время.
- Бегом! Бегом !... - орали ему в уши менты, стоящие шеренгой вдоль коридора между камерами, добавляя скорости дубинками.
Четыре - семь...Транзитка... Камера размермерами метров восемь на десять приняла Антона, как селёдку, брошенную в полную бочку с представителями того же отряда с разницей в подвидах и размерах, тут же придавленную гнётом, чтобы сельдь вся в юшке лежала. Здесь было сто пятьдесят подследственных, в основоном стоящих... Сидеть было негде.
- Эй, новенький! - услышал Антон в свой адрес из дальнего угла камеры и откуда-то сверху, - Каких мастей будешь?...
Антон не мог разглядеть обращающегося из-за густого тумана табачного дыма, но голос ему не показался противным.
- Местных! - крикнул он в ответ.
- Валяй сюда, местный!.. Э!... Пропустите пацана сюда.
Антон стал проходить в дымке и смраде общака, преступая через тела, иногда наступая на них, как в общественном транспорте великой страны. Но этот транспорт стоял  и никто не знал когда он тронется.
- Валяй сюда, наверх! Тут нормально... - слышал уже Антон голос совсем рядом, поднял голову и обомлел....

Антон - Глава 5. ЭТАП - 4.8 out of 5 based on 17 votes
Arthur Ginsburg

Arthur Ginsburg

Артур Гинзбург родился в 1957 году 31 октября. В 1976 году окончил школу военных корреспондентов В 1989 году защитил диплом с учёной степенью магистра архитектуры в Ростовском Архитектурном институте. Возглавлял межбанковское объединение «Менатеп» по Югу России.

Читать далее...

Add comment

На сайте строго запрещено:


1) сообщения, не относящиеся к содержанию статьи или к контексту обсуждения
2) оскорбление и угрозы в адрес посетителей сайта
3) в комментариях запрещаются выражения, содержащие ненормативную лексику, унижающие человеческое достоинство, разжигающие межнациональную рознь, спам, а также реклама любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи

Давайте будем уважать друг друга и сайт, на который Вы и другие читатели приходят пообщаться и высказать свои мысли. Администрация сайта оставляет за собой право удалять комментарии или часть комментариев, если они не соответствуют данным требованиям.

В случае нарушения - удаление всех комментариев пользователя и бан по IP;

Security code Refresh

Газета «Русский Дом» (Russian House) - информационно-публицистическое издание в Штате Джорджия (Atlanta, Georgia). Наш адрес: 1185 Grimes Bridge Rd. Suite 200, Roswell, GA 30075
Phone: (770) 643-7997 Fax: (770) 643-7996

Guests

We have 1220 guests online

Самое читаемое

Читать, смотреть,...

Ларисой Герштейн записан альбом песен Булата Окуджавы в двух дисках на русском и на иврите "Две дороги", а также диск "Кончилось лето" с песнями В. Высоцкого, А. Галича и израильских авторов.

58 Мудрых и полезных...

Не откладывай свои планы, если на улице дождь, сильный ветер. Не отказывайся от мечты, если в тебя не верят люди. Нет недостижимых целей - есть высокий коэффициент лени, недостаток смекалки и запас отговорок.

Умные мысли, мудрые...

Умение выразить свои мысли не менее важно, чем сами эти мысли, ибо у большинства людей есть слух, который надлежит усладить, и только у немногих – разум, способный судить о сказанном. Филипп Честерфилд

Почерк и характер

Почерк. Или еще один способ определить характер 

Хочешь узнать характер интересующего тебя человека – присмотрись к его почерку… Существует такая занимательная наука, как графология.

А что Вы знаете про...

... что коэффициент смертности в Газе один из самых низких на планете, а коэффициент смертности младенческой (верный признак для определения уровня жизни) ниже, чем в Иране, Египте, Марокко, Турции и лишь чуть-чуть выше, чем в члене ЕС Румынии.

Стерномантия: Форма...

Волнующие формы женской груди из покон веков сводят с ума мужчин, зажигая в груди огонь и туманя голову, результатом чего является закономерный поворот их жизни на путь беспрекословного поклонения прекрасному.

Забытый "чёрный...

Впервые легенду о Володе-снайпере, или как его еще называли - Якуте я услышал в 95-м. Рассказывали её на разные лады, вместе с легендами о Вечном Танке, девочке-Смерти и прочим армейским фольклором.